Мегафон

Улицы Ленинграда в 1942 году

Улицы Ленинграда в 1942 году

20 ноября 2006

Зандбостель. От лагеря смерти к союзу "За Европу"

 

История лагеря смерти

 

Чем же известна маленькая деревушка Занбостель, находящаяся в 60 километрах западнее Гамбурга? На первый взгляд, всё в ней очень мирно и мило: высокие деревья, кустарник, игровые площадки, где малыши могут отдохнуть от суеты большого города и школы.…И только тот, кто пристальнее всмотрится, в этот мирный уголок, заметит на его окраине, что между этими красивыми деревьями нашли своё упокоение десятки тысяч людей…

«На унылой болотистой пустоши, над которой круглый год льют дожди, висят туманы или свистят морские ветры, в 1939 году был организован лагерь для военнопленных», - так описывается это место в книге «Шталаг ХВ Зандбостель», вышедшей третьим изданием в Германии в 2003 году. Его первыми узниками стали захваченные в плен поляки. По мере вторжения нацистов в новые страны расширялся и национальный состав заключенных: около 1 миллиона человек 40 национальностей прошли за годы войны через страшные застенки лагеря. Одной из самых многочисленных групп пленных были красноармейцы.

Спустя годы бывший французский военнопленный Орест Бари вспоминал, как осенью 1941 года в лагере появились пленные красноармейцы: "Русские шли колоннами по пять человек в ряд и поддерживали друг друга, потому что никто из них не в состоянии был двигаться самостоятельно. Единственным подходящим названием им было - ходячие скелеты. Глаза их блуждали, у них не было даже сил удерживать взгляд. Падали они рядами, сразу по пять человек; немцы бросались к ним и били прикладами и плетками..."

Вот ещё одно воспоминание: местный житель наблюдал советских военнопленных, двигавшихся с железнодорожной станции к лагерю: "Пленные были совершенно измучены, некоторые их них выглядели почти мертвецами. Один заключенный вовсе не мог двигаться, его толкали вперед автоматом; затем конвоир ударил его штыком в спину, потом его бросили на грузовик..."

В «шталаге ХВ Зандбостель» одновременно находились до 50000 человек. После регистрации их направляли в, так называемые, рабочие команды для принудительных работ или перемещали в другие лагеря. Русских отправляли на самые тяжелые и грязные работы.

Лагерь этот был, как говорили, единственным в своем роде, находившимся под прямым патронатом Международного Красного Креста, который через свое Швейцарское представительство организовал в нем хорошо оборудованный госпиталь. Из Швейцарии сюда доставляли медикаменты и перевязочные материалы. Но, по словам Ореста Бари, русским от Красного Креста почти ничего не доставалось. Так же существовал в лагере небольшой блок, предназначенный для провинившихся русских военнопленных, изолированный от всех и отличавшийся особо строгим режимом…

Отношение к русским подтверждает особая иерархия, определявшая обращение с заключенными. На верхней ступени находились американцы и англичане, за ними следовали французы и бельгийцы, затем шли греки и сербы, на нижней ступени были поляки, итальянцы и, лишь последними в этой очереди стояли русские. Бывший французский пленный вспоминал: "Эти несчастные русские находились в таком состоянии, что им уже все было безразлично. Если мы делились с ними жалкими остатками наших рационов, то это приводило к жутким дракам между ними, которые немцы подавляли, стреляя в человеческую толпу. Как следствие, после этого были несколько убитых".

«Шталаг ХВ Зандбостель» был освобожден англичанами 29 апреля 1945 года. Последние военнопленные покинули его в начале июня, бараки по гигиеническим соображениям сожгли.

В нескольких километрах от лагеря располагалось кладбище, на котором были погребены свыше 50 тысяч военнопленных. Сегодня на этом месте создано памятное захоронение в виде братских могил, где указаны страны, чьи граждане нашли здесь мученическую смерть. Фамилий на них нет и, видимо, никогда уже не будет, так как нацисты сожгли списки, заметая следы своих преступлений.

 

Ирина Голованова


 

Память и бездушие

 

В конце апреля 2005 года на мероприятие по случаю освобождения Зандбостеля прибыли официальные представители из Великобритании, Франции, Италии, Белоруссии, США, Италии и других стран. Но вот работников российского генерального консульства из Гамбурга, находящегося всего в нескольких десятках километров от Зандбостеля, там не оказалось, хотя именно русские военнопленные составляют наибольшее количество жертв этого лагеря. Их там покоится около 40 тысяч.

            Мне довелось получить приглашение на это мероприятие, о чем по возвращении я написал письмо, которое опубликовала газета «Санкт-Петербургские ведомости». В конце этого письма я тогда выразил надежду на то, что 22 июня, в День памяти и скорби» наши дипломаты все-таки положат цветы соотечественникам, оставшимся навечно на чужбине. Но сообщение, полученное от бургомистра Зандбостеля, оказалось безрадостным. С немецкой пунктуальностью он проинформировал, что «22 июня в 18.40 побывал на кладбище военнопленных. Венков и цветов у русских могил не было».

            С тех пор я долгое время не мог избавиться от горького чувства, поскольку Министерство иностранных дел России, куда направил письмо и его газетную перепечатку, даже не удосужилось на него ответить.

Но зато, какую же радость я испытал, когда в марте этого года обнаружил в немецком ветеранском журнале «Камераден» заметку Герберта Бальцера. Вот что в ней говорилось: «Вновь мы возложили по случаю Дня памяти погибших (отмечается в Германии в третье воскресенье ноября – Ю.Л.) венок нашей ветеранской организации на кладбище военнопленных в Зандбостеле. Сняв головные уборы, молча стояли мы у могил жертв войны. Молодые люди из Гамбурга, сопровождавшие нас, захотели осмотреть кладбище полностью. Они были изумлены его ухоженностью. Одновременно не скрывали своего удивления, почему немецкие ветераны сегодня, через 60 лет после войны, чтят память своих бывших противников?»

Меня эти строчки немецкого солдата, который когда-то воевал под Ленинградом, очень обрадовали. Во-первых, потому что Бальцера я знаю уже более десяти лет с тех пор, как он впервые с группой бывших немецких солдат из Гамбурга приехал с Акцией примирения в Совет ветеранов Санкт-Петербурга. Помню, поразился тому, как пожилые немцы, стараясь держать солдатскую выправку, застыли в Минуте молчания на Пискаревском кладбище. После этого в интервью Бальцер впервые для многих петербуржцев озвучил идею всеобщего немецкого покаяния за принесенные страдания в войне, развязанной гитлеровской Германией. Во-вторых, я вдруг подумал, что в этом году 8 мая цветы в Зандостеле все-таки могут быть положены к могилам советских военнопленных. И, если этого не сделают наши официальные представители из консульства в Гамбурге, то венок вновь возложат Бальцер и его друзья-ветераны.

Если будут возложены два венка - российский и германский - это еще больше укрепит мнение в том, что наши народы твердо встали на путь добрососедства и взаимопонимания. Что же касается сегодняшнего Зандбостеля, то в прошлом году в нем, как раз на майские праздники, была создана организация «За Европу». В отсутствие наших официальных представителей, мне как руководителю питерского центра «Примирение» было предложено стать ее членом. Так родилось в Зандбостеле на уровне народной дипломатии трехсторонне сотрудничество между Германией, Францией и Россией, связанное памятью о войне. Вернувшись в Петербург, я рассказал учащимся 177 гимназии о зандбостольской инициативе, которую они к моей радости не только приветствовали, но и устроили в своем музее уголок Зандбостеля, куда я передал привезенные оттуда книги и фотографии.

Когда я поведал всю эту историю писателю-фронтовику Даниилу Гранину, то он посоветовал написать письмо Путину, рассказав в нем о бездушии российских чиновников-дипломатов. Я начал было отнекиваться, мотивируя, что Президенту России и так пишут со всех концов нашей многострадальной России. И какое ему дело будет до маленького немецкого Зандбостеля, если Министерство иностранных дел не хочет его замечать. Но Гранин настойчиво порекомендовал все-таки направить письмо, сказав, что знает помощников Президента, как «толковых людей».

В надежде на них я и хочу закончить этот рассказ, который в приложении к своему письму направляю в Москву.

 

Юрий Лебедев

Санкт-Петербург

27 апреля 2006 года

к остальным событиям
Создано в Интернет Агентстве Traffic